Спасибо психологу

Чернобаев выполняет свою работу настолько качественно, что убитые горем жены оккупантов не могут удержаться от благодарностей.

Транскрипция разговора

— Алло. Алло. Да, здравия желаю, майор Макеев, оперативный штаб. Вам сообщили по поводу сына, вы уже знаете. Командир части до вас дозвонился. А что случилось? Вас не уведомили еще? А? Вас еще не уведомили, я не понимаю? О чем? О том, что во время выполнения боевого задания

— А?

— Были получены ранения несовместимые с жизнью погиб соболезную 20 минут назад поступила подтвержденная информация имеется аэрофотосъемка артиллерии накрыла позиции там никто не выжил все подразделения уничтожили к сожалению вас должны были уведомить уже вам командир части был дозвониться соболезную вам сейчас решается вопрос по поводу доставки тела вот значит к сожалению мы не можем сейчас гарантировать что тело будет в принципе

— Как это?

— Я повторяю территория контролируется противником извините что так по телефону сообщаю вам нужно будет во вторник нужно будет военкомат подойти вас детали гибели его интересует сообщить вам нет я не понимаю

— Никто нам ничего, мы не звонка, а только с таким сидим ждем.

— Теперь уже не позвонит вы уж извините что вот так вот общая вам была артиллерийская атака в общем снаряд упал прямо возле него и получается ему сначала оторвало ноги по колено а потом уже догорал

— Ой, ой, ой.

— Вас есть какое-то успокоительное я понимаю конечно что вы не такую не такого завершения спецоперации для него ожидали но к сожалению теряем лучших бойцов ваш сын был очень хорошим военным жаль только снаряду на это было все равно да конечно смотрите он Куда нам? пока будет числится пропавшим без вести вам во вторник нужно в военкомат сходить

— Куда нам Воскресенская, Семенов?

— Где призывался туда нужно будет

— Ой, ой, ой.

— Да значит и меня зовут степан андреевич я военный психолог моя задача помочь вам пережить потому что осознание того, что он не вернется, не приедет, не обнимет, может, конечно, очень деструктивно повлиять на вашу и так пораженную телевизором психику, но к сожалению, это реальность. У вас есть какое-то успокоительное?

— Да, я вывожу. У налили уже.

— Уже налили, хорошо. Ну вы двойную дозу примите, потому что все-таки ребенок столько лет, столько сил, Столько, так сказать, ресурсов было в это дело ввалено. И все коту под хвост одним экскалибуром. Страшно, конечно, да. Есть у вас какое-то ощущение того, что все было зря? У вас есть, скажите?

— Ой. Извините, я больше не могу разговаривать.

— Да, да, но вы там супругу передавайте. Тоже от меня соболезнования. Я слышал, что он на коне. Да, да, я слышал, да. Ну, держитесь, конечно, да.

— Какой держаться? Вы что, издеваетесь, что ли? Это невыносимо.

— Ну, вы знали, куда вы его отправляли. Вы же не в пионерский лагерь его отправляли.

— Отправляли, забрали у нас его. Куда мы отправляли? Надо было не отдавать.

— Надо было не отдавать.

— Как это не отдавать?

— Ну живой бы был, не отдали, был бы живой отдали, все Всё.

— Вот этого даст и психолог Спасибо вам Пожалуйста

— Просто это мать.

— Соболезную вам.

— Я понимаю, что не дозвонился.

— Ох! Ой.

— Мат пишется.

— Ой.

— Может, конечно, очень. У вас есть какой-то успех? Ребенок столько...

— Страшно.

— Есть какой-то...

— Я слышал там на фоне.

— Пожалуйста.

Другие пранки