Разборки с братвой
Не слишком ли Жека в сей раз рискует? Люди при общих делах едут жрать еду, жечь бензин, и чем может такое закончиться - неизвестно.
Транскрипция разговора
— Алло. Алло, здорово, кто говорит? Это говорю я, ёбарь твоей мамаши. Ёбарь моей мамаши, тебе сколько лет-то? В смысле, а какая разница? Ты вообще совершеннолетний, ты в своем уме? Да, я совершеннолетний, да, я в своем Ты названешь порядочному людям, которые при общих делах, Вась. Я тебе предлагаю встретиться с моими ребятами. Ты всяк отгружаешь, делаешь, ты что ты мне расскажешь, долбоебер? Короче, смотри, давай так, чтобы тебе не рассказывать это по телефону, давай встретимся, и я тебе вживую расскажу, при каких я общих делах.
— Слушай, я таких рассказчиков, послушай, я таких рассказчиков...
— Ну, вживую, да я что-то не верю, мне кажется, ты только по телефону их слушал и не веришь. Давай вживую, ты увидишь.
— Я объясняю еще раз, я таких рассказчиков, как ты, нахую вертел, ты понимаешь или нет?
— Нет, таких выражений я не понимаю, выразились по-другому, только вживую. А ты увидишь, как на меня реагируют люди, как я реагирую на людей, тебе за меня люди скажут, только все вживую будет, не как ты вот от понты колочишь по телефону, все вживую, в любом городе, ближайшая московская область, ближайшие 100 километров от Ореха Зуева, потому что я сейчас в Ореха Зуева нахожусь. Мы готовы сейчас сами подъехать, называя адрес. Но я тебя очень вживую хочу увидеть. И человека, который сейчас за этого звонил.
— Не, подожди, стоп. А зачем тебе тот человек? Тот человек не при делах. Это я ему сказал звонить. Я ему дал Ты ему сказал звонить. Я ему дал номер
— У нету за этих
— Звоню петухам, петухи ждут твоего звонка.
— Ну, ты из-за петухов звонишь. Будешь объясняться вживую, кому, кто тебе давал вот этот номер. Все расскажешь. Давай адрес. Называй адрес, Вася. Только смотри, если тебя не будет, ты ответишь за весь бензин, который был потрачен. За всю еду, которая была съедена все дела, которые отложатся этой личной встречи
— Далеко так путь-дорогу собираешься Будешь нажраться, да, на всякий случай
— Я тебе расскажу потом уже При личной встрече Я тебе просто говорю, будь готов Если будет тянуть эта встреча Если тебя не будет в то время, которое договоримся
— Не, подожди, стой Очень хуёвый какой-то расклад Предложения твои вялые Ты сам как-то вяло себя ведёшь
— Ну, по телефону я не могу полностью раскрыться вживую
— Почему? Почему ты не можешь? Я тебе могу, я тебе разрешаю, раскрывайся
— Нет, это все не то по телефону Это все не то, только живые встречи Все нормальные дела решаются вживую Вы же хотите решить вопрос с деньгами? Чтобы я больше таких звонков просто не слышал Я хочу разобраться вживую с этим вопросом Это же в ваших интересах
— Не, подожди, в смысле в ваших
— Расскажите, кого вы петухами называете кого вы на хую вертите. Расскажите. Просто расскажите.
— То, что тебя и твоих друзей вертели на хую, это, в принципе, общеизвестный факт.
— Ну, давай, расскажешь вот эту дживую. Бери поддержку, кого хочешь. Желательно взрослых людей. Но желательно не мусорить. Понял?
— Подожди, желательно не мусорить. А если у меня, значит, в моей группе поддержки мусора, что делать? Ну, тогда
— Без заявлений. Бери их, чтобы они были не при исполнении.
— Потому что, возможно... Я понимаю, но если кого-то... Маткоп дает. Волына там, например, будет.
— Ну, ты давай тогда бери эту ответственность на себя, если ты об этой встрече сейчас договариваешься. Бери эту ответственность на себя. То, что волын будет, это не проблема. То, что ты сейчас по телефону меня оскорбил, вот этот твой человек меня оскорбил, мою мамашу вот это вот называл, вот за это будет ответ. И вопрос насчет денег, которых вы хотите. Вот. И вот насчет этого поговорим. Вживую я их отдам. Прям лично отдам.
— Так, Ты хочешь обсудить вопрос, ебли твои мамаши? Реально?
— Да, да. Вот эти вот слова, да. За эти слова вот ты ответишь уже только вживую. Кто какую мамашу ебал и как ебал. Прям расскажешь. Покажешь.
— А она тебе не рассказывала, как ее в жопу драли, да?
— Нет, она не рассказывала. И деньги вам прям на руки отдадим лично сегодня. Прям даже больше, с процентами отдадим. Но желательно, чтобы были взрослые люди. Да, конечно, ты что, друг, конечно.
— Ты прям как друг.
— Давай время и где, говори, говори время и где. Да или вообще, если это в твоих интересах. Мне вот честно охота тебя наказать. Я тебе говорю сразу. Ты будешь просто наказан.
— Меня просто есть сомнение в том, что вы серьезные ребята. Вот в чем дело, ты понимаешь?
— Я тебе говорю, мой приобщик, дела тебе этого недостаточно.
— Слушай, ну это только твои слова, то, что ты сейчас...
— Ну вот давай, блядь, чтобы увидеться, чтобы ты нас увидел, давай тогда и встретимся, если у тебя сомнения. За эти сомнения ты еще ответишь. Потому что ты не догоняешь, что ли, тебе это пять минут сказал назад, то, что если есть сомнения, давай встретимся и за эти сомнения еще ответишь.
— Нет, подожди, ты мне предлагаешь позову какого-то петуха, все бросать, жечь бензин, жрать еду, понимаешь, блядь, нахуя оно мне надо, пиздец, ты еще ебанулся, что ли?
— Но тебе же надо, вам же нужны деньги-то, Вась, вам же нужны деньги.
— Не, Вась, подожди, деньги и тебе нужны, что теперь?
— Ну, значит, тогда не звоните больше, правильно? Если я вам предлагаю вживую встретиться, отдать вам деньги, и чтобы вы еще ответили за эти вот звонки и за слова, и за сомнения, то что сомневаетесь в нашем образе жизни, в порядочном. Мы при общих делах в городе, ты это не догоняешь? И мы ведем порядочный образ жизни. И если ты сомневаешься в этом, мы приедем с людьми, со здравыми, которые тебе это подтвердят. И автоматом ты ответишь за эти слова, из-за сомнения, что мы при общих делах. Ты понимаешь, если ты делаешь движение в плане общего, греешь КТЗ, греешь лагеря, ты автоматом при общих делах. И если за тебя хотя бы один бородяга в курсе, за нас в курсе мы при общих делах, мы в свои слова ответим. Мы не нарушаем этим закон, понял? Понял? Я любому, нахуй, ФСБшнику это обосную. Это мое личное дело, нахуй. Кому помогать, кого греть. Понял? И ты звонишь, такие слова говоришь.
— Подожди, мне объяснили, пацаны, что твоя мать слюха, понимаешь?
— Что мне с этим делать? Ну, чем здесь мать? При чем здесь мать? Ты вот вообще невменяемый. Я тебе сейчас за себя говорю. Я тебя обещаю.
— Мне почему звонишь? Потому что по твоей матери был вопрос. У кого, сколько и почем она сосет?
— Вот, вот, да. Давай вживую встретимся расклад даст мне. Давай. Зачем по телефону? Это же серьезный вопрос. Не понимаешь, это твои такие же родственники. У тебя есть родственники. Тебе же наверняка будет неприятно, если тебе по телефону позвонят и будут говорить такие вещи. Слышь, мамаша, скинь карту. Это не урчи. Не урчит. Ты понимаешь, это серьезный вопрос Вопрос не по ссылке. непосредственно родни и родственников. Это у нас русская нация. Мы за это голову отрываем. Ты представляешь, что в Дагестане делают? В Чечне что делают? Мои близкие чеченцы что с вами сделают? Вот такое подобное, если услышат. Я хочу, чтобы вы это вживую мне сказали. Некосредственно при встрече с ними. В ихнем присутствии. В ихнем присутствии. У меня близкие отношения.
— Ну, насколько близкие? Достаточно близкие.
— Потому что они меня поддерживают в этом вопросе. Ну, как ты думаешь, это ты думай. Я сейчас тебе просто сказал. Настолько близкие, что они меня поймут. Если вы мне вот это при встрече скажете. Поэтому еще раз говорю, давай встретимся, мы на колесах, мы сами подъедем ближайшие 50 километров, потому что звонок это был не первый раз, вы же звоните, то какие-то деньги требуют, то еще что-то требуют, понимаешь, ну вот в этом уже надо разобраться. Я первый раз реагировал просто, думаю, ну какие-то там не догоняют, думают, что кредит там связан с этим номером, думаю, ну раз отвечу, два там грубо, может быть поймут, может быть не совсем там дауны полные, нет, то смотри, продолжаются вот эти вот звонки, мне это зачем нужно.
— Давайте встретимся и решим.
— Я не понимаю. Я не продолжаю. Я продолжаю те люди, которые набирают мой номер телефона. Ты мне что, нервы-то тут поднимаешь? Я продолжаю. Продолжают те, кто мне звонит, наверное. Или что, я продолжаю брать трубку? Конечно, я возьму.
— Шикаро, блядь, при общих делах, нахуй.
— Слышишь, давай встретимся. Давай встретимся, я тебе еще раз говорю. Называйся в адрес, где ты прописан. Давай мы туда подъедем.
— Подожди, ты уже прописали, что приехать? Нихуя себе расклады.
— Ну давай, где встретимся, давай, бери с собой кого хочешь, давай встретимся, кто там у тебя с Волынами, с Волынами. Я предлагаю нормально поговорить, и дальше ты уже сам скажешь, что ты не прав. Все будет зависеть от суммы.
— От какой суммы? Ну где-то есть-то.
— Мы его решим, мы решим-то. Давай вживую не будем по телефону. У что там учили на психолога, что ли, какие-то пиберы нахуй в обиженном
— Психолога? Я тебе нормальный вопрос задаю, дядя. С чего ты взял, что я буду с
— Какой ты нормальный можешь уже вопрос задать? Какой ты можешь нормальный вопрос задать, если я тебе предлагаю встретиться вживую, обсудить твои слова грубые, которые ты говорил по телефону? Ты мне говоришь, с чего с тобой встречаться? Значит, ты уже вообще даун далекий. Ты уже не понимаешь, что ты человека оскорбил по трубе. Поэтому я тебе предлагаю встретиться. Ты даун далекий, ты это не догоняешь.
— Бывает, с кем не...
— Нет, Вась, ты меня уже оскорбил, поэтому я тебе и говорю встретиться. И решить заодно вот этот вот вопрос касаемо звонков, насчет вот этих лавеблей, к которым я никакого отношения не имею. А ты это не догоняешь. Значит, ты уже далекий от порядочности человек.
— Есть отношения.
— Это ты просто не догоняешь то, что ты далекий человек. Если ты не догоняешь, если честь и порядочность человека затронуть даже по телефону, то за это надо ответить вживую. Я тебе это предлагаю. Бери своих близких, я возьму своих. И поговорим вживую. Чего по телефону-то лежишь? А ты мне до сих пор говоришь, зачем я с тобой встречался. Ты что, даром, что ли? Долбоеб ты полный, что ли, а?
— Не, ну я действительно не...
— Волыну там возьмешь, нахуй. Какую ты волыну-то возьмешь? Нет, ну у меня...
— Подожди, есть мусор у него, стечкин. В чем проблема?
— Ну бери, бери. Вот в этом проблем-то нету.
— Да, чтобы не было, что ты будешь ползать на колени, хай, пожалуйста, отстегните меня от батареи. Оно тебе надо, у на бутылку посадят. Ты что, ебанулся?
— Не, понимаю, может быть, ты любишь сидеть на бутылке?
— Посмотрим.
— Кто каких-то боевичков посмотрел в детстве? И кому нечего терять?
— Чем здесь боевики? Это реальный опыт моего мусора знакомого. Ты что, ебанулся?
— Ну и что же это опыт моего мусора знакомого? Я же тебе не буду рассказывать свои опыты. Давай вживую мне расскажешь. Давай привезешь этого мусора знакомого, о котором ты так говоришь.
— Ты на бутылочной, правильно?
— Нет, ты меня не пав. Я тебе говорю, сейчас прекращаем разговор. Больше не звони, если ты очкуешь встретиться. Вот я даже вот так вот выражаюсь, может, вашим по-психологическому языку, может быть, вы это догоняете, вот вы сейчас меня можете слушать по телефону, очкуете, если вы встретите с порядочным людям, больше не звоните, будьте добры, не выводите меня и моих близких, не выводите меня и моих близких.
— Добро!
— Моими ребятами. Давай злую ту... Подожди, подожди.
— Потому что возможно. Пранк вам дает.
— Ответственность на себя. Слушайте, а что там было? Подожди, я не совсем понял.
— Они меня поддержат в этом вопросе. Поэтому давайте встретимся. Скажи свою фамилию и очередь.
— Нет, мать. Значит, ты уже далекий, отпорядочный. Не, ну у меня...
— Добро!
