Милонов

— Да, Виталий, но так ты не ответил.

— Ну, не ты, а вы. Потому что, меня, чувак, есть Есть, есть, есть. большая разница. Смотри. Есть пранкеры. Пранкеры это Вован и Лексус. А все остальные... Вот.

— Нехорошие, да?

— А все остальные, типа, вот, таких, как ты, да, это не пранкеры. На букву П, но Я понял тебя.

— Понял, да? Очень интересно.

— Ну а насчет того, что... Хорошо, хорошо. А что насчет того, что согласились на откат священник, продавец гробов в Кемерово? Что по этому поводу? Или это мимо ушей пропускаешь? Слушай, давай так. Мы поговорим потом лично, ладно? С тобой. Милоныч, ты ебанутый что ли, блядь? Не, ну ты можешь материть сколько угодно, поговорим лично с тобой, ладно? Окей. Только когда ты будешь в соплях и слюнях, ты, пожалуйста, не моли о пощаде, ладно? Ну, конечно, ты же православный, куда тебя молить-то еще? Ну, конечно, да. Не по канону, я понимаю. Ты не волнуйся, ты не волнуйся. Наши ребята уже рядом с тобой, да? Жди, жди, гаден... Хорошо, Милуныч, я жду. Классика. Хорошо, хорошо. А что насчет того, что... Не по канону, я понимаю. Хорошо, Милонович, я жду.

— Давай. Хорошо.