Зуля-террористка

— Алло. Да. Да, Зульфед, здравствуйте. Здравствуйте. Да, это социологический опрос. Скажите, за кого вы будете голосовать на предстоящих выборах президента Украины?

— Ни за кого. Ни за кого, а по какой причине?

— Добрый день, я простой кота, поэтому сначала хочу извиниться то, что мы натворили, а теперь я хотел бы эвакуироваться. Вот такие письма я получаю. Видишь, моя политика русофобии... фобии. Алло. Зулечка, скажи, пожалуйста, а как так получилось, что тебе номеротворца нету, а? Ты же у нас активная участница захвата. Как так? Да. Ну, видео есть тут с тобой, где ты командуешь, руководишь процессом.

— Ни в коем случае.

— Я говорю, как так? Ты довольна, скажи мне, результатами? Вот тем, что ты там в чем ты участвовала, ты довольна результатами? Довольна, как в Луганске жить стала после оккупации?

— Я ни где не участвовала. В первых.

— Еще раз? В первых.

— Что пошло?

— Так, но есть видео с твоим участием.

— Надо меня шантажировать. Хорошо?

— Да в смысле, в чем шантаж? Есть видео.

— У нету таких способов даже голосовать. Вы же не даете голосовать. Зачем вот эта провокация нужна? Я вообще не понимаю. Не надо меня шантажировать. Хорошо?

— В чем шантаж? В чем шантаж? Я вопрос тебе задаю.

— Чем? надо меня шантажировать. Где-то участвовал, не участвовал.

— Есть видео с твоим участием, Зуля.

— Смотри, у меня мой номер. Зула Какой вы имеете право звонить мне и вот так вот пугать?

— Шантажировать. А ты боишься миротворца? Правильно, правильно. Миротворца надо бояться.

— Тут миротворец? Господи.

— Так ты мне скажи, ты принимала участие, а теперь... Ебать, мне так нравится, как у этих террористов от миротворца очко отваливается. Ахуенно просто, блядь. И бросила трубку.

— Не слышу. А в чем провокация? Не надо меня пугать и шантажировать, хорошо? Зуля.

— Телефонного номера.