Коллекторы требуют деньги у сестры погибшего в ТУ22М3

— Алло, здравствуйте. Здравствуйте, здравствуйте, да. Меня зовут Роман Валерьевич, Восточный экспресс-банк, департамент взыскания. Юрий Александрович? Да. Юрий Александрович, я вот вам звоню по поводу просроченной задолженности вашей супруги. Да, есть такое, да. Есть такое немножечко. Ну что у нее? Вот она 53 дня на просроченной задолженности. Что случилось? По какой причине она не оплачивает ее?

— Да у нее братишка разбился, тут же катастрофа была, этот Ту -22М3, разбился, не слышал нее на новостях, в общем, у нее там братан был, ну, все, пиздец, в общем, кишки одни остались и от самолета, и от братана, так что ей сейчас, знаешь, ну, не очень, да, этой задолженности. Ей может быть компенсацию Смотри, просто ей компенсацию Она просто ждет, пока я буду платить компенсацию По этому зажмурившемуся И как компенсация будет, так сразу она заплатит Без проблем, ты же знаешь, это же Министерство обороны Они всем выплачивают, все хорошо Всем все платится

— Юрий Александрович А когда он разбился? Можете сказать?

— Еще раз?

— Когда он разбился, брат? 22 января 22 января он разбился? я просто смотрю, я же вам звонил, я же с вами разговаривал января, 9 января Вы со мной вели другой разговор, ничего этого не говорили Тогда была просрочена задолженность вашей жены 1150 рублей Так тогда он же не разбился, странный Я понял, я понял, что он не разбился тогда А вы своей жене сейчас не можете помочь оплатить за нее ее просроченную

— Какой размер задолженности?

— Сейчас, секунду, скажу. У нее через 8 дней очередной ежемесячный платеж. Вместе с этим платежом сумма долга составляет 3400 рублей.

— Да нахуй, не, не, не, нет, еще какие-то. Не, надо ждать, пока Министерство обороны заплатит. Да там, по-моему, по пару этих лямов должны дать. Ну там кусочек, конечно, не все ей достанется, но какую-то часть, и тогда она сможет погасить. Там, по-моему, 15 или 16 тысяч, что-то такое.

— То есть вы сами оплатить не можете, да?

— Да, ну не, ну такие деньги, это слишком, ты что, ты видел, что происходит?

— Я понимаю, ну просто у нее портится ее кредитная история, пока она находится на просроченной задолженности.

— Да, понятно, да, но так, слушай, тут что, кредитная история или вопрос получения компенсации за зажмурившегося солдатика? Просто удачные обстоятельства сложились, видишь, теперь у нее будут деньги, чтобы отдать задолженность.

— Вы проконтролировать факт оплаты можете нужно оплатить до завтрашнего вечера ее кредит?

— Слушай, до завтрашнего не знаю, вряд ли. Ты знаешь, там Министерство обороны достаточно такой механизм, достаточно бюрократический, пока они там решат, пока они выплатят, пока переведут. За месяц сколько накапает вместе со штрафами и со всем остальным?

— Я точно информацию не могу сказать.

— Ну примерно так, можешь подчеркнуть, сколько это будет?

— Я не буду загадывать, потому что мне нельзя говорить такие суммы, которые я не знаю точную информацию сообщать

— Понятно

— Я вам вот сейчас сообщаю точную

— Ну ты запиши там-то Хорошо, хорошо, Юрий Александрович Человек не может, не дай этого

— Юрий Александрович собирает ее, братана, просто взлетно-посадочный

— Ты понимаешь, там он на куски просто распидарашен Рука в одну сторону, нога в другую сторону Вот тебе все величие

— Юрий Александрович, вы эту информацию сможете передать?

— Ну хорошо, я передам.

— Что сейчас прострочено за дождь? Сегодня лично ей передадите данную информацию?

— Машет сегодня не знаю, нет. Она там тоже сейчас бегает по этому. Там вроде не все еще кусочки собрали, то она бегает по этой взлетке и собирает. Среди снега там что-то пытается выискать. Фотки скидывал, ужасно, конечно.

— Я понял. А такой вопрос. Дополнительные номера для связи с вами какие-либо появились новые?

— Нет, не появились.

— Нет, я понял, хорошо.

— А что такие бессердечные там все, я понимаю. Человека горят, по сути, человек, который в армии служил, по сути, за тебя мог в танке гореть, а тебе настолько наплевать, я не понимаю, почему. Где твое сердце, скажи мне. Или в коллекторы только бессердечных набирают?

— Юрий Александрович, я, во-первых, коллектор,-вторых, я помню наш прошлый разговор, вы ерничали, что вы кричали, говорили, я ее убил, приезжай, забери тело. Я помню наш прошлый разговор, когда мы разговаривали 9 января. Как вы ерничали. Вот, понимаете, я это все помню, поэтому сейчас я вас попросил передать информацию. Я не могу быть уверен, что в прошлый раз вы так ерничали, говорили, что я ее убил, и я приезжаю, забери тело. Ну, это шутка, это шутка. Вот и я не могу сейчас быть так уверен. Вот я спрошу передать эту информацию. На данный момент я с вами прощаюсь. Спасибо, до свидания.

— Может быть, это компенсацию? Смотри.

— 22 января. Так тогда, потому что не разбился, вот и странно. Ну, просто у нее порция...

— Хорошо, Юрий Александрович.

— Сегодня лично я передадим.

— Только бессердечных набирают.

— Нет, ну ты бы хотя бы по соболезнованиям сказал, вот, сочувствую, все такое. Тебе насрать. Говорит, 9 января. Как вы ерничали. Ну, это шутка. Это шутка. Вот и я не могу исчезнуть.