Даша 2

Транскрипция разговора

— Алло. Алло, привет. Привет. Я вот звоню узнать, как завершилась история, завершилась ли она чем-то, получил ли твой бичик по заслугам и так далее.

— 228 здесь причем

— Подожди ты говорил что у него было какое-то уголовное дело когда-то да это как-то его отмазала это вот это уголовное дело или новое в связи с тем что новое новое по какой статье

— 228-й, потом у него еще какая-то статья административной ответственности угрозы, и еще за распространение фотографий и видео, это есть все у одного очень хорошего друга, который занимается этим.

— Слушай, а я могу с ним поговорить, мне просто очень интересно узнать, ну как бы, что произойдет дальше с этим человеком, потому что я думаю, эта история будет поучительна, да, для других молодых людей, которые тоже решат вот так вот опубликовать интимные фото и видео.

— Нет, я не могу это сделать, потому что, не сказать никому ничего, да, по поводу этого, никаких фейнингов, то есть просто можешь написать или сказать, что-то такая ситуация, что к этому новому человеку приехали люди, люди очень такие, ну, как тебе сказать, в хороших местах работают, в хороших органах приезжают, поговорили, рассказали все родителям. То есть человек обошелся конкретно. Находить из дома он не хотел. мы звонили в домофон, он сказал, чуть ли не отчетно сказал мне, что Даша, ну я же не выходить из дома, мой дом, моя крепость. Я сказала, хорошо, не уходи, мы к тебе все равно придут. И мы пришли. Так. Мы поговорили, беседу привели. И вот. Он стоял сзади своих родителей, он зассал, конкретно зассал. Ай-яй-яй-яй-яй.

— Слушай, так, хорошо.

— Когда я написала ему, когда я написала Ашке, я сказала, ну, слушай, может быть, ты мне передашь фотографии, там, видео еще раз, да, после того, как к нему пришли люди, он сказал, что больше фотографий нет, никаких видеозаписей нет. Поэтому... Поэтому...

— Она ведь есть в сети, у меня на жестком диске лежит пак фотографий твоих, там и видео есть, и... есть фото есть все это есть у других людей то есть у него нету имел ввиду или

— Что нет он больше не хочет ничего распространять вот он уже побавить я думаю Да. что сказал мой молодой человек что после нового года уже точно не останется многим Что, ну... переломать, и был вовсе накопан Вот, то есть он себе подписал конкретный приговор. Так, хорошо. Супер, как скотина. Вот, но... я думаю, он будет конкретно попасться за это. Да, я написала ему в время. В случае чего можно будет осмотреть это дело еще больше, если будет подавать на меня в суд. Вот, без проблем, но у меня есть адвокат, которым тоже знакомы очень хорошие молодого человека а ты можешь мне дать его домашний номер я бы его Так что, в случае чего, длины критики нет и вообще никак.

— Родителями пообщался ну кто там как его звали это был как у меня просто записано, что ты Даша?

— Петр Зуонов.

— Петр Зуонов, точно. Точно.

— А с ним, пообщаться. Он и так боится всех. А с ним, мне на него наплевать.

— Я с его родителями хочу поговорить. Мне на него наплевать. Я хочу поговорить с его родителями, просто я тебе объясню, в чем ситуация. Я за этой историей наблюдаю с самого начала. Если ты помнишь, я звонил в тот же первый день, когда он все опубликовал.

— Нет, ты понимаешь, о чем я говорю с его родителями? Его родители, когда молодые люди к нему домой приехали, начали выступать, что Петюшка просто не шикарнейший человек, и он просто золотца. Он вообще ничего никогда не сделал. Это понятно, но мы

— Знаем, какое развитие ситуации, да? Я просто к чему? Я хочу, чтобы эта ситуация стала поучительной, да? Поэтому мне нужно поговорить со всеми. Я поговорил с тобой, я хочу поговорить с Петей и с его родителями. И вообще в идеале еще с тем человеком, который занимается его обвинением по вот этой вот статье, потому что каких-то прецедентов или похожих статей обвинений я еще не видел, да? Мне очень интересно узнать это. Я думаю, многим это будет интересно. И главное, поучительно твой прецедент может защитить других девочек, которые тоже любят ссать хуй и снимать на камеру, от того, что пережила ты. Ты же нервничала, правильно? Невероятно. Нервничала, плакала.

— Ты была плохо. Счетом ничего не могу сказать. Я просто могу сказать одно, что то, что он сделал, он поплатится. все. Так, хорошо.

— Можешь мне хотя бы его номер домашний дать?

— Зачем тебе домашний номер?

— Я же тебе сказал, хочу с

— Домашний номер отключен. Мобильный.

— Мобильный.

— У него мобильный, он не берет мобильный, никого, потому что он боится.

— Родители.

— Ему все звонят с угрозой, ему угрожают.

— А родители?

— Он берет звонок у его дома. Он боится, он никуда не выходит. Он боится даже подъезд выйти, потому что не знает, что может быть. Я думаю, я ясно, понятно отчетливо объяснила, что сейчас происходит с ним. Лучше мне на этот номер не звонить никому.

— В смысле?

— Целом. Не надо мне звонить и узнавать, что там как.

— Даша, ты, наверное, не понимаешь, как ситуация обстоит. Если ты сейчас продолжишь вести себя в таком же тоне, то, я думаю, произойдет вторая волна распространения фото и видео, и интернет-сообщество будет не твоими на твоей стороне совершенно поэтому в твоих интересах сотрудничать со мной и дать их можно больше информации это позволит тебе так сказать отвести от тебя я же тебе сказал какую мне нужно пообщаться с человеком, который занимается... Я уже дала информацию, всё. Нет, мне мало информации.

— Я не знаю, какая тебе ещё информация нужна.

— Я тебе дам слово, мне нужен его домашний номер, его мобильный номер, мне нужен номер человека, который занимается обвинением его по статье не знаю какой за распространение этих фотографий. И всё. Я всего лишь журналист, я возьму интервью, никаких, Таких... не там, разбирательств, ещё чего-то. Мне просто интересует мнение этих людей, не более.

— И мне кажется раз сейчас я понимаю что я всем этим Никак не разбирается, разбирается на молодого человека.

— Дай мне его номер у действительно тобой дай мне номер молодого человека Окей, дай ему позвоню. Скажи мне номер и как его зовут, я забыл. Сережа, да?

— Да, его зовут Иван.

— А, Иван, окей, Иван, хорошо. Петр, Иван, какие хорошие у тебя парни, один лучше другого. Так, хорошо, номерочек мне расскажи.

— Восемь. Да. Девятьсот одиннадцать.

— Девятьсот одиннадцать или один?

— Девятьсот одиннадцать.

— Так.

— 257. Так. 48.

— Угу.

— 8.

— 8 что?

— Звонишь мне, разбирайся.

— Последние две цифры.

— 48, 88.

— Супер. Огромное тебе спасибо, Даша. Успехов. До свидания. Нет.

— А, ну как бы записано уголовное дело на этого молодого человека. То есть еще его, скорее всего, возможно, по 220 статье тоже загребут.

— А 227? Да. Слушай, а я могу с ним...

— Так.

— Ай-яй-яй-яй-яй.

— И так... И видео есть.

— Так, хорошо. Так что... Мобильный.

— Даша, ну, ты, наверное, не с тем понимаешь. Тема простая. Так.

Другие пранки