Звонок атору статьи

— Алло. Алло, Дим, здравствуйте. Здравствуйте. Ой, а я могу с Викторией пообщаться? Можете. Это Анастасия. Анастасия. И вам нужна Виктория? Да, совершенно верно. А что за Анастасия? Извиняюсь. Ой, это Анастасия из региона, просто по поводу статьи, которая написана, я не нашла ее. Значит, Виктория телефон у нее ВКонтакте, но нашла вот у вас, поэтому позвонила. Анастасия, мне зовут Евгений.

— Я почитал вашу статью на КП, и у меня к вам один вопрос появился.

— Да, слушаю вас.

— Сама статья преподносит, ну, я говорю о статье по поводу Анастасии из Новосибирска.

— Да я поняла уже, давайте.

— Вот. Очень, как бы, статья преподносит ее как некую жертву, да? Да? Не совсем так. Ну, как, вы говорите, вот здесь пишите о тысячных звонках, хотя, если честно, звонков было всего два, и все звонки совершал только я. как будто она стала жертвой румынского.

— Больше звонков. Нет, но она действительно стала жертвой румынского и, в принципе, той потребительской культуры, которая существует сейчас среди молодежи. Это моя позиция. И, к сожалению, очень много дурочек бросают учебу, нормальную работу и ведутся на такие разводы, как зарабатывают деньги, показывая сиськи иностранцам, считая, что их никто никогда не разоблачит, не увидит, и при этом они будут вот такие, знаете, королевы жизни. Согласен полностью с вами. так далее и тому подобное. Позиция исключительно такая, и, собственно, вот сейчас нужно бежать на эфир, на радиоэфир мне, поэтому слишком долго говорить не могу, но, вот, собственно, я думаю, текст отражает полностью именно эту позицию.

— Да, я, в принципе, единственное, что хотелось бы, ну, то есть, точнее, вот в чем, мне кажется, однобокой статьи, в том, что, вы же понимаете, что если бы она, например, ничего не скрывала, если бы она прямо говорила, да, я проститутка, да, я занимаюсь проституцией и показываю себя, так сказать, в видеочате, ну, я такая, это мой выбор, вообще бы к ней не было вопросов, но ведь она пытается это скрыть тем самым, то есть, ну, это максимум лицемерия, да, вместо того, чтобы просто признать это, как, ну, профессиональные жрицы любви, она все-таки это скрывает. И наша цель, как тех людей, которые эту информацию распространяют...

— Профессиональная? Ей там на вид, например, лет 17, это раз. 18. Естественно, это... А, ну я вот не знаю ее возраст, но естественно, господи, обычная защитная реакция, тем более, ну, явно, скажем, как недалекой девицы, да, которая там двух слов связать не может, и наверняка в этом видит, не знаю, заговор ее подруги по этому виртуальному сексу, что кто-то

— Ну, возможно. А вы слышали другие звонки, Мария? Ну, Виктория, точнее. Вы слышали другие звонки?

— Какие-то вот четыре звонка слушала на одном из сайтов, нашла. С молодым человеком, с ней.

— Да, да, да, да, да. Просто вся эта ситуация сводится к одному, что данные о том, о ее роде занятий, теперь попали, так сказать, на публику, теперь все знают, кто она, и все. А дальше уже что будет? Это ее личный выбор, личные действия, личные действия ее окружения, например. Но я не думаю, что ее окружение к этому отнесется лояльно.

— Ну, я тоже не думаю. Ну, я еще очень сильно надеюсь, что, в принципе, у Анастасии может что-то щелкнуть в башке, и она может передумать насчет своей стези в жизни. Пойдет немножко по другой дорожке.

— Девушка, которая хочет, чтобы я тошнила от шмоток, я не думаю.

— Ну, кто знает, кто знает.

— То, что она говорит в этом видео, очень ярко показывает, в принципе, систему ценностей этой девушки, да и многих девушек, в принципе.

— Вот я с этим с вами согласна абсолютно. К сожалению, да. И, к сожалению, вебкам-студии очень распространены по всей России, и с ними я вам, как журналист, занимающийся в том числе и расследованием, хочу сказать, что с ними очень сложно бороться.

— Так никто не борется. Я звонил в студию, я звонил в эту студию, в которой она работала, говорю, а если я к вам сейчас милицию отправлю? Она говорит, да нормально, все присылайте, у нас все, так сказать, все договорено. Поэтому их даже никто не ловит, они даже не прячутся, эти студии.

— Ну, согласна с вами, согласна. Вот мы пытаемся как-то в Новосибирске, по крайней мере, раскачать эту ситуацию. Мы как раз недавно на эту тему писали небольшое расследование, ну, не знаю, получится.

— Хорошо, а вот в статье вы ничего не упомянули о Симмасте и Кошкином и так далее. Эту информацию вы не

— Потому что я не уверена, что это, во-первых, что это не фантазия этой девушки, да? Мало ли, и вообще она не называет, собственно, его фамилию и так далее. И вообще, честно говоря, вот до политиков мне дела совершенно нет. А вот до юных душ есть.

— Ясно.

— До юных душ, таких как вот Настя.

— Я понял. Хорошо, спасибо за ответы.

— Поговорили с вами.

— Да, да, да, успехов.

— До свидания. ага, до свидания. Вадим. Спасибо. Да, Анастасия. Виктория, здравствуйте. Здравствуйте. Эм... Ну, на самом деле, не совсем.

— Просто.

— Не совсем так. Согласен полностью с вами. Восемнадцать. Ну да.

— Да, да, да, да, да.

— Девушка...

— Я звонил в студию. Которая наработала.