ФСБ раздает говяжьи анусы членам избиркомов в Крыму
А здесь, мальчики и девочки, мы наблюдаем продажу своей свободы за банку с говяжьими анусами.
Транскрипция разговора
— Да, я слушаю.
— Алло. Алина Петровна, слышите меня хорошо? Да, Да, Москва, Москва, майор Позняков, Федеральная служба безопасности. Значит, вы получили уже инструкции по, значит, завтрашнему дню? Вас проинструктировали?
— Ну, в каком плане? У нас очень много инструкций, поэтому скажите, в каком плане.
— Ну, имею в виду, что, значит, о людях с повязками красного цвета.
— Нет, пока и у меня нет такой информации. Вы еще не получили, да?
— Нет, в таком случае, значит, Санит Леонидовна, от наших сотрудников, да, они будут также наблюдать за происходящим, знаете, чтобы не было терроризма, еще чего-нибудь такое, экстремизма. В общем, будут наши сотрудники, естественно, неофициально.
— На каждом участке?
— Конечно, конечно, на каждом участке, естественно. На вашем том числе.
— А мы можем их, да, а как можно их
— Фиксируйте. Я вам объясняю. У каждого на правом предплечье будет что-то типа красной повязки. Ну, вы помните, как при освобождении были желтенькие? Желтенькие или беленькие. Вот так вот будут красненькие, да? Невкусно. Значит, с ними не нужно никак с ними общаться, они знают, что они делают, они будут наблюдать за процессом. Вот, но если они захотят что-то сделать, кого-то удалить, например, не заподозрят кого-то в том, что он, предположим, террорист, да, то ни в коем случае не мешайте, значит, этому процессу, да, они должны, значит...
— Мне нужно как-то предупредить своих председателей участковых комиссий об этом.
— Смотрите, я вам сейчас дам полную инструкцию, и вы вне официальной, только пожалуйста, да, то есть это, вы понимаете, что это неофициальная инструкция, но ее исполнение обязательно. Сам Владимир Владимирович ее составлял, поэтому, ну, я надеюсь, вы справитесь с задачей.
— Да я тоже так думаю. Просто мне нужно правильно от вас получить эти все...
— Да, так вот, я вам объясняю. Сложного ничего нет. Людмила Петровна, смотрите. Сложного ничего нет. Вот эти люди, значит, будут находиться весь день, с самого начала, от открытия и до закрытия там. Вот. В случае, например, когда... Если вы не знаете, что это значит, то я вам расскажу. То есть то, что они делают, санкционировано нами. Понимаете? Без проблем. То есть, если вдруг кто-то из них зайдет в кабинку для голосования и выйдет из нее с бюллетенью и опустит ее в корзину, вы совершенно по этому поводу можете не переживать. Это контрольные бюллетени, это новая технология для того, чтобы мы могли проверить, что все в порядке. Может быть, их будет не одна, может быть, их будет даже несколько. Но, опять же, ничего страшного в этом нет. Вы знаете, что это Федеральная служба безопасности, что это люди, которые находятся на избирательных участках для того, чтобы уберечь всю страну. Например, от неверного выбора поняла То предположим, даже если бы вдруг Вот предположить такое, что все избиратели, значит, конкретно вашего избирательного участка Сговорились и решили проголосовать, например, ну, за Вольнова, например Ну, неважно, в общем, наценили за кого, за кого-нибудь другого, не за Владимира Владимировича Но мы же этого не хотим, правильно? Мы же хотим, чтобы стабильность была
— Да
— Вот, поэтому, значит, если там, если вот наши сотрудники вы будете видеть что они как-то взаимодействуют с урной с бюллетенями с избирателями ничего страшного все в порядке это часть общая часть плана вот если вас попросят если вас попросит о каком-то содействии например там что-нибудь сделать там ну в крайнем случае не знаю там помочь другу человеку плохо станет там чай ему принести до или за кофейком сбегать вы не отказываете потому что эти люди это очень серьезные сотрудники федеральной службы безопасности им нужна будет ваша помощь.
— Хорошо.
— Вы меня поняли, да?
— Я про консультацию, да. Да, только пожалуйста.
— То смотрите, они могут взаимодействовать самым разным образом. Вплоть до того, чтобы брать, например, несколько раз заходить сначала в кабинку для голосования, а потом пускать бюллетень или несколько, или пачку. Ничего страшного. Это все общая часть плана. Только вас, пожалуйста, прошу. Никаким СМИ, никому. То есть это информация только для вас и ваших коллег.
— Поняла. Хорошо.
— Ну, и как благодарность от нас, вы знаете, у нас, значит, запускается сейчас в Подмосковье новый продукт, которым будут премированы все, кто помогает делать эти выборы правильными. Вот, и я имею в что конкретно вам мы обеспечим годовой запас говяжьих консервированных анусов, которые уже сейчас, мы отправляем сейчас партию в Крым, да? Вот, так что вы, как вы к мясным продуктам относитесь, скажите?
— Ну, я мясоед, поэтому нормально.
— Оооо, фуф! прекрасно. Специально для вас ящик. Я попрошу, наверное, еще... Сергей Петрович, а доля Людмиле Петровне еще ящичек анусов накиньте, пожалуйста. Значит, два.
— Лимитерно. Два. Ну, слушайте,
— Вы идете на контакт, вы сотрудничаете с нами. Нам не жалко, послушайте, у нас этих консервированных ящиков анусов просто полным-полно, понимаете? Просто вы поймите, нам с вами нужно сделать хорошие выборы, чтобы не стыдно было другим показать а то вот эти вот эти как прошлый раз 146 процентов но
— Это это никуда не годится вы согласны нет у нас такой цифры не было я выборах очень много лет поэтому и на референдуме все это знаю ты может быть где-то в других регионах у нас все было в этом плане нормально надеюсь что и завтра все будет хорошо и мы выберем достойного человека который будет президентом и
— Будем гордиться им да да хорошо а такой еще вопрос кстати хотелось бы у вас узнать после деоккупации крыма вы в крыму останетесь либо поедете в россии
— Но я в крыму живу очень много лет и я уже по сути русская хотя заканчивал украинскую школу и люблю россию у меня всего на сегодняшний день немножко даже проблемы с родственниками на Украине, я попала в миротворец по третьему кругу, поэтому... То есть в Россию поедете? Ну, потому что... Ну, конечно. По 111-й неохота не стягиваться. Понимаю, понимаю. Да, конечно, в Россию поеду. у меня вся семья за Россию, за наших
— Знаете, это очень хорошо. Нам нужны
— Такие люди. Я этим делом, если бы я была не за Россию. Поэтому... Понятно.
— Ну, хорошо, Эдмила Петровна, в общем, спасибо большое содействие и вам тоже хороших выборов и хорошего хорошего дня до свидания заебись вот такие вот мрази пацаны вот такие вот мрази тусуются на миротворцы чтобы просто не думали что туда может попасть человек который никакого отношения к этому не имеет или что он белый пушистый, а там собрали информацию, значит, какие-то левые там радикалы. Вот, это способ самозащиты. И каждый будет знать, что эта мразь, если въедет в Украину, сядет по 111, да? За организацию всей этой хуеты, в которой она участвует. Заебись! Петровна, слышишь меня хорошо? Москва моя. Вы еще не получили, да? Нет, еще нет. Знаете, чтобы не было. Еще чего-нибудь такое. Продолжение были желтенькие.
— Золотенький.
— Сложного ничего нет. В случае... Я поняла. Даже если бы вдруг. Вы меня поняли, да? Да, только, пожалуйста, смотрите, это... Контактный сотрудник. Не знаю, нам не... Понимаете?
— А, вы не знаете еще? Что я западная. По третьему кругу. По 111 неохота нести ответственность. Понимаю, понимаю. Конечно. Заразил.
— В общем, спасибо. Спасибо большое за содействие.