Тимур-гомофоб

— Слушаю. Алло, да, здравствуйте, слушайте.

— А я вот хочу узнать, как я могу быть уверенным в том, что после того, как я вам сдам учителя, который гей, вы действительно...

— Вы пропадаете куда-то, займите положение более такое, чтобы стабильное сеть было.

— Вы плохо меня слышите?

— Да, вы пропадаете.

— Я говорю вопрос, как я могу быть уверен в том, что после того, как я сдам вам, значит, гея-учителя, который калечит... Детская жизнь ломает их судьбу действительно получу 5 тысяч рублей, а не просто вы скажете мне До свидания

— Вы следите за публикациями Как правило все эти случаи Будут Озвучены Если вы что-то Мы открытые люди Мы никуда не прячемся Мы не закрываем проект Мы наоборот стремимся сейчас развивать В других городах и даже странах. И этот проект уже подхвачен там в середине России, там еще есть много активистов, которые хотели бы это продолжить. И я думаю, что все, что надо получить, вы получите. Единственное, мы бьем на проверку две с половиной недели где-то для того, чтобы удостовериться в истинности информации. Если мы не трогаем этого человека, то вы ничего не получаете, естественно.

— А что значит «трогаем»? Что вы будете делать?

— Ну, сейчас, минуточку, подождите, я открою здесь. Ну, мы начинаем комплекс мер, которые мы уже отработали, которые у нас уже есть, чтобы довести этого человека до состояния увольнения. Чтобы он либо сам уволился, ушел, либо его уволили по статье. Желательно, конечно, по статье, потому что данные люди не имеют морального права работать с несовершеннолетними детьми. А если статья эта, то его уже как бы не восстановят в должности учителя в каком-то другом месте. Вот и все. Все равно интересы это школа. Лузы, все вот эти техникумы Всякая вот эта байда Это как бы не наша тема Нам главное вот средняя школа Потому что приходят сигналы По лузам То есть это неинтересно

— Слушайте, а если

— Там сильные комитеты Там сильное общественное давление Со стороны родителей, школьников Это вот как раз является Одним из методов воздействия На руководство На комитеты по образованию То есть это нормально. Родители все практически, за исключением одного из десяти, говорят, ну, если преподаватель хороший, ну, может его и оставить. Ну, вот я не считаю, знаете, риск это игра в рулетку русскую.

— Я не могу, я не совсем понимаю. Вот есть человек, он, у него где-то там, ну, его предпочтения отличаются от общепринятых. В чем риск, чем это грозит детям?

— Ну, начнем с того, как он, мы не залезаем к нему в прошлое, да, пускай театр решает с ним, как он это приобрел, да, что он там, почему он таким стал, у нас велся опрос, он был достаточно тайный, достаточно долгий, мы порядка года опрашивали геев, которые признавались в том, что они такими не родились вообще, а там порядка более чем 70 % были подвергнуты растлению в детском или подростковом возрасте. Вот и все нормальная статистика Все. Которую собрали мы Более чем 600 опросов Более чем 600 человек Вы понимаете Русская психиатрия говорила о том Что это подтверждается на практике Так вот у нас идет Спецк педофилии сейчас Потому что пидорасам дали рубль А Россия подлила все Рекорды вообще мировые По преступлениям педофильской направленности Так вот Вот все потому, что это уебище больное, травмированное в детстве. Оно рано или поздно в 86 % — это русская психиатрия говорила — он совершит такое же правонарушение в отношении другого несовершеннолетнего. Рано или поздно, будь ему 20 лет или будь ему 40, для каждого это слог порог. Он когда-нибудь это сделает все равно. Так вот это существо, оно не должно находиться рядом с детьми. знаете, как вот, ну, там, без презерватива секса, с презервативом, вы как хотите, чтобы ебали ваших детей, с презервативом или без? Он все равно кого-нибудь изнасилует, либо кого-то склонит, вот и все.

— Слушайте, хорошо.

— то рано или поздно, будь это школьник, будь это на улице кто-то, но этого человека из школы, как человека, который подвергает определенному риску всех собравшихся детей, его надо удалять из школы, потому что он сам, по нашему мнению и по мнению достаточно большого круга психиатров, больной человек, склонный повторить свой детский опыт с другими несовершеннолетними. и все. Этимация-то проста. Я родитель, я не хочу рисковать здоровьем своего ребенка. Всех всего. Потому что это невозвратимый процесс. Это убийство души. Я бы вообще их убивал, расстреливал бы по суду.

— Я понимаю, просто... Педофилов всех этих.

— Кто такие педофилы? Это педорасы те же самые. 62 % среди педорасов педофилов. 62%. Даже в уголовной среде их полтора процента. Я уж так, Надя, что там и тридцать пять, по-моему, сотых процентов.

— Слушайте, три вопроса

— Среди уголовников, среди уголовников, да. А среди педагогов больше половины.

— Евгений, три вопроса

— Их надо удалять из школы, нафиг они нужны?

— Я понял, слушайте, три вопроса появилось в школе. Вопрос номер один. А вы читали Набокова, Лолиту?

— Да, я вообще считаю произведения жидов, склонных ко всем таким экспериментам, вредными для чтения.

— То есть вы не читали Лолиту?

— Я читал, наверное, Лариту Набокова. У вас вопрос какой? Вы педофилы хотите сдать пидораса? Либо учить меня литературной грамотностью?

— Я хочу вам сдать учителя. Просто я не понял, где связь между... Просто вы так говорите, педофилы, пидорасы. Вы ставите знак разницы?

— Так мы соединим 62 % педофилов среди пидорасов. Это говорят европейские исследования. И наши личные исследования. Вообще, стой! большинство педофилов, которых поймали люди, в том числе и наши, питерские люди, которые занимаются проектом, как же он, Реструкт, это, ну, одно из отделений, как бы, тихака, но оно самостоятельное, да, то есть вот Реструктов все ловят, ловят только родных педоров, блин, да, какого хера они лезут к маленьким детям, пускай идут в петлю со своими сверстниками,

— Куда они лезут к детям?

— Вот так вот. Был пойман один директор у нас в Петербурге. Он сразу сам уволился, не дожидаясь, как бы поменял место жительства вообще.

— Слушайте, вы так об этом яростно говорите. Может быть, вас тоже в детстве кто-то чпокнул с ракотан, поэтому... Вы знаете, нет, вы ошибаетесь.

— У меня нормальная семья была. Просто когда у человека рождается ребенок, он понимает степень угрозы в мире, в котором он будет расти, этот ребенок. Так вот, когда я был маленький. Нас отпускают на двор вообще без зазрения там и опаски. Мы гуляем без присмотра. А сейчас ребенка без присмотра оставить нельзя на улице. Даже какой-нибудь чмот у холодыра подойдет и будет ему писько уросовать. Вот так вот. Ясно, ясно. Я понял. Слушайте, ну,

— Евгений, по-моему, мне кажется, что... Точнее, мне кажется вообще, что ваши крики... Я не Евгений. А вы не Евгений? А кто? А как вас зовут?

— Нет. Меня зовут Тимур.

— Тимур. Тимура. Тимура сколько вам скажите. А это

— Имеет значение? Я достаточно взрослый человек, достаточно взрослый человек со сформировавшимися взглядами на жизнь. Совершенно правильно меня считают.

— Просто мне интересно, в каком возрасте формируются такие взгляды и... В каком возрасте?

— Они формируются с информацией нормальной семьи. Когда ты живешь в нормальной семье, когда у тебя есть там папа, мама, у них любовь, ты видишь их взаимоотношения, у тебя нормальное понимание ими, ими, оно в тебе растет одновременно, и ты вырастаешь целостным организмом, да, целостным человеком.

— Ну так ты же гомофоб Подожди, Тимур, ты гомофоб А гомофобия не существует

— Гомофобии нет Как это нет? Гомофобия это реакция общества Гомофобия это реакция общества

— Ага, я понял

— Вот и все, гомофобия это реакция общества Общество защищается таким образом Почему-то не фобия Никто вас не боится, понимаете Я понимаю, кто вы такой Почему вы меня там обвиняете в чем-то С закрытого телефона звоните мне Я вас уже слышу, знаете, по пять раз на дню. Начинайте издалека, потом подкатывайте к гомофобии. Кто-то меня там изнасиловал в детстве. Дожмите вы свой сами.

— Слушайте, но ведь вы не можете спорить с тем, что много ученых, много гениев науки были гомосексуалистами. И только благодаря этим гомосексуалистам...

— Ой, ой, ой, ой, ой, ой, ой, ой, ой, ой, ой, ой, ой, ой, ой, ой, ой, ой, ой, ой, ой, ой.

— Тот же самый.

— Кто там? начальником сексуальной революции, напомните-ка мне, в Америке. А в Франкфурте, да? Причем здесь сексуальная Он тоже был сионистом, мало кого еще и педофилом.

— Послушайте, причем здесь сексуальная революция? Я вам говорю.

— Да ничего, причем, причем. Вот вам волю дают, вы тут, блин, флагами начали ходить. Мы вам в жопу затолкаем ваш флаг, понятно? Это Россия, это наша страна, это наши правила. А вас тут всего лишь 5%. Лешки Анального, друзья, давай, удачи тебе. Вот и все. Вот и все.

— Слушайте, хорошо. Вы так об этом...

— Вот так вот. Вот это правильная вещь.

— Вот так вот. Какая болезнь? Все!

— Он тоже мучается.