МММ

— Алло. Алексей, Алексей. Здравствуйте. Здравствуйте, Алексей. Алексей, скажите, а у вас есть автомобиль? Да. Как вы думаете, он будет ярко гореть не очень? А в чем дело? Ну как это в чем дело? Надо бы людям деньги вернуть, да? Все ждут.

— Здравствуйте. Да. Спасибо за внимание.

— А то вот машины гореть то начинают да вот и мне интересно просто вот ваши мысли поэтому Ярко ли будет гореть ваша машинка?

— Не ответьте конкретно на вопрос, Алексей Владимирович.

— Ну, золотарёв, ярко ли будет гореть ваше авто, когда недовольные вкладчики, которые давали вам деньги, придут и скажут,

— Лёш, мы можем многое. Понимаешь? Так.

— Ну, а борюсь с бензином, подожгут маски.

— Ну, и что, они получат свои деньги от этого?

— Не-е-е.

— Это можно было и сделать и без Отпустить кому-то Нет, ну зачем, подожди Это же не решение проблемы

— Это не решение проблемы, но у всего есть причина и следствие Правильно? Ты взял на себя ответственность Получив денежные средства у людей Ты взял на себя ответственность Правильно? Правильно И сгоревшая машина Это только начало череды тех событий Которые могут произойти твоей жизни Понимаешь? Ты же есть близкие, правильно? Есть люди, которые тебе дороги. Зачем, вот, зачем усугублять ситуацию, скажи мне?

— Так усугублять ситуацию вы, в случае. Как это я? Как это я усугубляю?

— Я, нет, секундочку, я просто задаю вопрос. Я не собираюсь ничего поджигать, там, ничего, никому не носить увечий. Есть просто люди недовольные, которые уже занимаются тем, что сжигают машины. Сегодня машины, завтра у кого-то...

— Которые винят меня в этом произошедшем, да?

— Ну, понимаешь, ты участник системы, человек, который брал у кого-то деньги, поэтому в любом случае ты тоже завязан, так сказать, на тебе тоже лежит ответственность. Правильно?

— Ну, каким образом-то? То, что участников много, и эти деньги, они направлялись на выплату таким же участникам. И кроме того, ведь ничего страшного-то не произошло, произошел режим спокойствия введен в связи с кураторной паникой, которая 15 июня будет снята, и участники получат свои деньги.

— Понимаешь, что сейчас уже введен режим Батхёрт, и многие люди более чем уверены, что ничего не вернут, понимаешь?

— Я бы не объявлял такую вещь.

— У тебя выбора нет, Лешенька, у тебя нет выбора, ты или будешь кричать, что всем все платится, да, в голубой горошек, или тебя порежут просто и на пиках вынесут на городскую площадь, понимаешь? У тебя выбора просто нет.

— Давай разговаривать нормально. Как нормально? Зачем? Какие угрозы? Какие угрозы? Какие угрозы? Я тебе объясню. Ты разговариваешь совершенно ясно.

— Конструктивно. Давай я буду сам решать, как мне разговаривать нужно. Хорошо, да? Ты же сам решаешь, какую позицию держать. Ты не согласишься с тем, что есть люди,

— Я разговаривать, я нахожусь в помещении среди людей. А ты можешь перезвонить через час? Пообщаемся дальше. Сейчас я не могу.

— Да, в принципе, я не вижу смысла. Зачем мне перезванивать? Я спросил тебя, ты мне не ответил. Ну, в принципе, что ж, я могу сказать.

— Это твой выбор. Это твое решение.

— Просто чтобы потом, знаешь, когда действительно загорятся эти огни, понимаешь, и появятся переломы ног, ты не пенял на кого-нибудь, а понимал, что виновен в этом лишь ты. Понимаешь? Понятно. Ну все, давай.

— Алло.

— Алло, Лилия, здравствуйте. как прошла ваша конференция скажите мне пытался дозвониться вы все скрываете скрываете я несколько раз пытался он дозвониться трубочку не брали нет я звонил вчера я Я звонил позавчера. Вы мне сказали, что у вас придет конференция и будет принято решение. Я хочу услышать, какое решение было принято. Привет, скажите, у вас есть автомобиль?

— Автомобиль?

— Да.

— Нету. А что?

— Нету, да? Ну что ж. Но в таком случае вам повезло. Ваш автомобиль не сгорит. Я говорю, в таком случае вам повезло и ваш автомобиль не сгорит.

— Не сгорит?

— Сгорит, да. Ну, просто с недавнего времени у десятников начали машины гореть. Чисто случайно, знаете, так раз, и загорелось.

— Ну, это так.

— И все-таки, Лилия, насчет Сергея Борисова, насчет техтотысяч и так далее.

— Пока лежим в спокойствии, как будут новости, я всем обязательно рассылаю.

— Бру-бру-бру-бру-бру. То есть вы собираетесь кормить завтраками спокойствие какой-то там феникс 2012 если вы мне не верите могу 12

— Дать руководитель телефон думаете я вам вру давайте давайте я записываю сейчас дам 8903

— Ага

— Раз 600 651

— Так

— 6809

— Как его зовут?

— Алексей

— Алексей стоп, Алексей Так это Алексей Алексей, который Который Владимир... Владимирович Золотарев

— Да, да

— Ну, с Лешенькой я уже общался Ха! Лешенька говорит мне примерно то же самое, что и вы Что он Он говорит, что Золотарев, он говорит, что он ничего не знает Да И что мне нужно говорить конкретно с десятником С тем человеком, который получал деньги И мы возвращаемся к тому о чем мы говорили с вами в первой нашей разговоре.

— Ну, правильно, потому что нет новостей на данный момент.

— Не интересует совершенно меня никакой режим спокойствия. Меня интересует, чтобы человек, который вполне, так сказать, законно хочет получить назад свой вклад, он, по условиям, может это сделать, чтобы он его получил, и все, понимаете? То есть больше меня ничего не интересует. Ни спокойствия, ни фениксы, ни вышестоящие тысячники и так далее. Вы меня понимаете, Лилия?

— Вам предлагаю вернуть деньги.

— И все. Это вот такое простое совершенно предложение. Ничего оригинального в этом нет.

— У меня лично ваших денег нет. Если вы хотите, чтобы я вам вернула лично ваши деньги.

— Подождите, подождите, подождите. Секундочку. Вы получали 31 марта 100 тысяч от Сергея Борисовича. Получала. На вашу карту получили. Замечательно. Вот раз вы получили вы их можете вернуть, правильно? Правильно?

— Дело в том, что Нужно было правило читать То, что это деньги, я у себя на карте не храню Они буквально в тот же день Могли быть отправлены, как это и было Другому участнику

— Понятно, хорошо Хорошо, ну вот, я другой участник Я делаю запрос, отправляйте деньги

— Я вам объясняю, что сейчас никаких выплат не происходит И вообще

— Вам ваше здоровье дорого, скажите?

— Дорого.

— Дорого, да? А вот мне дорого душевное спокойствие Сергея Борисова. И я бы хотел, чтобы он получил свой вклад назад. Понимаете? Давайте мы поможем друг другу. Я помогу вам сохранить ваше здоровье. А вы поможете Сергею Борисову сохранить душевное спокойствие и вложенные деньги. Да? То есть сделаем друг другу услугу. По-моему, это честно.

— Я вам еще раз говорю, что у меня ваших денег нет, и я не знаю, хотите лишать мне здоровья, это ваше право, но меня ваших денег нет, понимаете? Я действую абсолютно по правилам системы, и вы правила эти все считали.

— Хорошо, Лидия, я вас понял. Вы поскольку заканчиваете работу? Поскольку вы освободитесь?

— А что?

— Что ну будем лежать на здоровье что делать согласны я не собираюсь вас куда-то звать там в ресторан или еще куда то вы просто выходите из офиса а я вас встречаю мы с вами пообщаемся покатаемся вместе не машинка есть

— И удобно думаю что следующий

— Розаночка не будет. Вы вот как выйдите сегодня из офиса, мы с вами пообщаемся. Все, Ритя, до вечера. До свидания.

— А, Лешенька, подождите. Так, эм... Давайте конкретно по делам. Как это я? Как это елку, блядь? Который не отменяется.

— Спасибо. У тебя выбора просто нет.

— Зачем?

— Да какие угрозы? О-о-о.

— Сейчас я не могу.

— Ну, это так. Дословно. Что мне нужно говорить? Хорошо.

— Мат пишется.

— Мат пишется. Ну, ничего.

— Вы не угрожайте, звоните по телефону, я буду с вами встречаться в своем уме. Какие угрозы! А что, если вы мне напоминаете, есть ли у меня машинная линия, то что машины горят, это не угроза? Как это? И угроза очков.

— И я вот просто...

— И так его на трое. Так, ага.